«Ижевск фантастический»: рассказ Владимира Васильева «Иж-Планета-Спорт»

  • 2717
  • 0
Ижевск / Удмуртия
«Ижевск фантастический»: рассказ Владимира Васильева «Иж-Планета-Спорт»
Фото: ИА "Удмуртия"

ИА «Удмуртия» публикует очередной рассказ из серии «Ижевск Фантастический». На этот раз мы представляем вашему вниманию произведение Владимира Васильева «Иж-Планета-Спорт».

Владимир Васильев — писатель, активист фэндома, автор и исполнитель песен. Соавтор Сергея Лукьяненко в романе «Дневной дозор». Владимир Васильев успешно работает во всех жанрах, существующих в мировой фантастике — фэнтези, альтернативная история, мистика, космоопера и других. Его также называют «отцом» русского киберпанка.

Писатель родился 8 августа 1967 в городе Николаеве, учился в средней школе, потом в СПТУ. В 1985–1988 годах служил на южной границе СССР. Работал на радиозаводе, на железнодорожной АТС. Первый рассказ Владимира Восильева вышел в свет в марте 1987 в николаевской газете «Ленинское племя». Первая книга «Вояджер раз» появилась в сентябре 1991 года в Волгограде.

С 1996 года Владимир Васильев становится профессиональным писателем. Много лет сотрудничает с московским издательством АСТ.

Владимир Васильев — автор десятков ярких и запоминающихся книг: «Смерть или слава», «Черная эстафета», «Охота на Дикие Грузовики» и «Горячий старт».

Напомним, «Ижевск фантастический» — это новый проект Центра Высоких Технологий. С помощью редакции журнала «ЕСЛИ» авторы проекта обратились к писателям-фантастам и получили шесть абсолютно разных по стилистике, увлекательных и интересных рассказов, в каждом из которых упоминается Ижевск.

Ранее на нашем сайте уже появлялись произведения из этого сборника. Это рассказ Сергея Волкова «Необычайные приключения мистера Хоуди в Ижевске», «Зеркало Нижнего мира» Алексея Калугина и «Тайный березовый знак» Далии Трускиновской.

Фото: Юрий Учанов
"Открытка из Ижевска" - иллюстрация, созданная художником Юрием Учановым по мотивам рассказа Фото: Юрий Учанов ©

Владимир Васильев

«Иж-Планета-Спорт»

Фантастический рассказ

Как Тигрис и ожидал, дом по адресу Вологодская, 88 оказался древней бревенчатой избенкой. А вокруг, на минуточку, высились вполне приличные даже для ближнего Подмосковья двух-трехэтажные кирпичные коттеджи.

— Привалило наследство, — проворчал Тигрис и мрачно поглядел на соседний дом под номером 90, тоже бревенчатый, маленький и неказистый. Только эти два дома в поле зрения казались ветхими пришельцами даже не из прошлого, а из позапрошлого века.

Но, с другой стороны, дареному коню в зубы не смотрят — потому Тигрис и рванул в Ижевск, едва только узнал о наследстве.

По какой неясной причине дед Степан, на самом деле родственник Тигрису очень дальний, отписал на него дом, осталось загадкой. Вроде тут, в Ижевске, у деда Степана семья какая-то имелась. Тигрис заранее приготовился к теркам с дальними родственниками и, еще до того как увидел злополучную избушку, внутренне приготовился уступать. Удастся хоть сколько-нибудь получить от родственничков наличкой — и отлично, а домом пусть сами владеют. В конце концов, Тигрис был не лишен элементарного чувства справедливости и вполне отдавал себе отчет, что каприз престарелого родственника — еще не повод лишать наследства его собственных детей и внуков. А с дедом Тигриса Степан и родней был весьма дальней — даже не троюродной, дальше. И дружбы особой не водил, скорее наоборот: Степан и дед Тигриса друг друга недолюбливали, хотя и уважали. Всю жизнь они соблюдали между собой вооруженный нейтралитет, но, как рассказала Тигрису мать, никогда не опускались до каких-либо низостей или недружественных действий. Вероятно, не хотели начинать упомянутые действия первыми, так и просидев всю жизнь в бесплодной засаде. Тем не менее сожительница Степана, плохо известная Тигрису и его родне баба Нюра, отзвонилась в Королев и без особых эмоций сообщила, что дед по завещанию отписал младшему мужчине в роду, Тигрису, то бишь, недвижимость в Ижевске. Тигрис, которому жизнь с матерью и двумя младшими сестрами в одной двушке-хрущебе давно надоела хуже горькой редьки, моментально собрал вещички и купил билет до Ижевска. И вот, имеет счастье лицезреть «дом». Нет, дом не выглядел совсем уж безнадежной развалюхой, просто вдрызг устарел. Особенно если взглянуть на остальные коттеджи по улице Вологодской — в любую сторону.

Тигрис вздохнул, вынул из кармана врученную бабой Нюрой связку ключей и пошел отпирать ржавый амбарный замок на калитке.

Осмотр гипотетических владений много времени не занял, тем более что кто-то из родственничков вовремя озаботился и вывез почти всю мебель, кроме той, которая была ровесницей самому дому. Как Тигрис и опасался, ничего похожего на удобства в доме не оказалось — только дощатый сортир на задах. Водопровода тоже не было, и в холода пришлось бы использовать допотопную печь. Горожанин в третьем поколении, Тигрис понятия не имел, как это делается. Да и перспектива бегать в сортир через весь двор, мягко говоря, не грела. Осматривать сараи Тигрис отправился в довольно-таки унылом настроении.

В сараях помимо хлама нашлась только одна достойная внимания вещь — мотоцикл «Иж-Планета-Спорт». При ближайшем рассмотрении оказалось, что этот реликт советского машиностроения прекрасно сохранился: ни малейших следов ржавчины под пылью, да и пробег, если цифры на спидометре соответствовали истине, лишь немного превышал двести километров. Не похоже, чтобы он все годы с момента выпуска провел в сарае — кто-то однозначно хранил его в теплом гараже и не ленился следить-смазывать, но почему-то не ездил. Резина выглядела почти новой, так что вполне возможно спидометр и не врал.

Минутой позже Тигрис сообразил, отчего связка ключей была такой увесистой, хотя висячих замков ему пришлось отпереть всего три: на калитке, на доме и на сарае. А ключей в кармане брякало куда больше — целых девять. И три из них совершенно точно были от мотоцикла: на черных пластиковых головках красовались узнаваемый буквенный логотип: «ИЖ».

— Иж ты! — пробормотал Тигрис, нарочито выделяя букву «ж», хотя это и было неправильно.

Осмотр Тигрис вскоре завершил, все запер и отправился в загодя снятый гостиничный номер. По дороге очень кстати позвонила баба Нюра, с которой удалось достаточно внятно переговорить. Из разговора Тигрис вынес главное: родственнички дома на Вологодской, 88 побаивались. И теперь не скрывали радости, что все это счастье досталось не им. Конечно, это было странно, но наверняка имело какое-нибудь рациональное (или не очень рациональное) объяснение. Допустим, престарелая баба Нюра могла опасаться неких мифических сглазов или привидений. Но народ помоложе?

М-да.

«Надо будет заказать риэлторам проверочку, — подумал Тигрис озабоченно. — Может, там с собственностью что-то неладно, вот родственнички связываться и не хотят».

Но такая проверочка будет стоить денег, которых у Тигриса было негусто. Как решить эту досадную проблему Тигрис придумал довольно быстро.

В сети он как-то вычитал, что старые советские мотоциклы в хорошей сохранности стоят немалых денег. Во всяком случае, решил он, на риэлторскую проверочку должно хватить. А гонять на сём пыхтящем чуде по загазованным российским дорогам Тигрис уж точно не собирался.

В номере он развернул ноутбук и начал поиски местных купи-продай форумов. Первый сайт, куда Тигрис заглянул, был форум izhevsk.ru. Лениво покликав по ссылкам и так и не найдя раздела продажи авто-мото техники, он полез дальше, однако как назло не преуспел. Такое впечатление, что в Ижевске автомобилями и мотоциклами вообще не торговали.

Наверное, этот раздражающий факт, а еще воспоминание о совете приятеля Витьки — того самого, который прозвал Тигриса Тигрисом, за любимую футболку в рыже-черную полоску — подвигли его на написание весьма необычного объявления в первом попавшемся разделе на izhevsk.ru.

«Твое объявление, — говорил Витька, — должно притягивать внимание. Должно отличаться от нескончаемого потока безликих предложений. За него должен цепляться глаз. Только в этом случае ты продашь свой товар быстро».

— Отличаться, говоришь? — пробормотал Тигрис и потянулся к клавиатуре.

«Продам космический корабль. Марка „Иж-Планета-Спорт“. Состояние нового. Налёт всего-навсего 200 световых лет. Спешите!»

Потом Тигрис отвлекся: позвонила мама. Пришлось долго и развернуто излагать подробности сегодняшних смотрин, а вдобавок клясться, что родственники не строят никаких козней. Вроде бы. Как и все женщины, мама была многословна и необъяснимо истерична, так что впустую Тигрис потерял больше часа, потом психанул, резко попрощался, сбросил вызов и поплелся в буфет залить нервы пивом, а заодно и беляш какой-нибудь слопать — или что там принято есть в ижевских гостиничных буфетах? В Казани — эчпочмаки.

Оказалось, удмуртские аналоги именуются перепечами и на вкус вполне себе ничего. А пиво — что нынешнее пиво? Оно по всей матушке-России одинаково химическое и противное. Но нервы Тигрис все же пригладил, а попутно и голод утолил.

В принципе, визит в буфет смело можно было приравнять к ужину. Тигрис уже довольно благодушно размышлял, что надо допить бутылочку и идти в номер. Там еще часок пошарить в сети, все-таки найти нормальный купи-продай форум и дать нормальное объявление, а про звездолет, наверное, стереть к чертям, чтобы не забанили. А если уже успели забанить — то и хрен с ним, с ижевском.ру. А через часик-полтора заваливаться спать, дабы встать пораньше, а то всякие юристы-адвокаты-риэлторы зачем-то работают с утра, а не как все нормальные люди.

Фото: Ксения Докучаева
"Открытка из Ижевска" - иллюстрация, созданная художницей Ксенией Докучаевой по мотивам рассказа Фото: Ксения Докучаева ©

Однако все пошло не так.

В буфет, где кроме Тигриса и буфетчицы присутствовала только унылая дамочка средних лет, внезапно ввалились трое в штатском. Все как на подбор — плечистые, стриженые и мордатые. Но на бандитов не похожи: слишком уж взгляды умно-официальные, а пиджаки, наоборот, простые. Тем не менее Тигрис напрягся, поскольку все трое подошли именно к нему, хотя сильнее всего при их появлении оживилась унылая дамочка.

— Смирнов Александр, номер тридцать шесть? — негромко осведомился крепыш, стоящий по центру.

Судорожно проглотив пиво, Тигрис несмело кивнул, поскольку имя и фамилия были названы верно, а немудрящие его пожитки в данный момент пребывали как раз в тридцать шестом номере гостиницы этажом ниже.

— Пройдемте! — не терпящим возражений тоном велели Тигрису и тотчас взяли под локотки.

В сторону буфетчицы свободный от локтей Тигриса крепыш взмахнул красной книжицей и та торопливо закивала.

Сначала Тигриса отвели в номер, отчего стало до смерти неуютно и тревожно на душе. Он уже начал догадываться, что назавтра ставить подписи на документах о вступлении во владение недвижимостью ему вряд ли придется. Заодно пришло запоздалое прозрение: вот почему родственнички не спешили подмять наследство под себя. Однако ребята только забрали вещи Тигриса, включая ноутбук и зубную щетку, и повели из номера прочь, сначала к лестницам, потом на первый этаж, в фойе. Дамам на поселении главный из троих конвоиров величаво кивнул и те кивнули в ответ, словно старым знакомым.

Перед гостиницей дожидался кубический джип тускло-черных тонов. Как раз стемнело, поэтому его бока отражали лишь скудные огни, пробивающиеся из фойе.

Без лишних слов Тигриса запихали на заднее сидение, подперли с обоих боков и джип тронулся.

Ехали долго. Сначала через город, потом, если Тигрис правильно сориентировался, куда-то на север по трассе. Однажды в свете фар мелькнул указатель с названием «Селычка», а потом джип свернул налево и въехал в самостоятельно открывшиеся ворота. Въехал, попетлял по внутренним дорожкам и остановился. Все путешествие заняло от силы двадцать-двадцать пять минут, во время которых Тигрис приготовился к наихудшему. Ноги дрожали, хотя штаны, вроде бы, пока оставались сухими.

Снаружи Тигрис много заметить не успел: какие-то бревенчатые домики с верандами, мельница какая-то декоративная в сторонке, бассейн вроде бы блеснул. Но озираться ему не позволили, снова взяли под локотки и повлекли к двухэтажному корпусу, который навевал смутные воспоминания о детских загородных лагерях.

Перед входной дверью Тигрис успел скользнуть взглядом по табличке: «Клуб-отель „Радуга“».

Привели его не в обычный номер вроде гостиничного, как можно было бы предположить, а в типичный директорский кабинет — просторный, с большим письменным столом и двумя маленькими, для совещаний, с непременным сейфом и массивными дубовыми шкафами у стены. Имелся и директор. Только был это однозначно не директор, а начальник, о чем красноречиво свидетельствовала военная форма и полковничьи погоны. Тигрис поначалу отвлекся на обстановку и полковника заметил не сразу, поскольку мешал яркий свет настольной лампы, направленный вперед, ко входу. Погоны, силуэт и лицо полковника Тигрис рассмотрел лишь мельком, пока его вели к стулу с высокой спинкой напротив хозяйского стола.

В первую секунду Тигрис натурально оторопел, поскольку решил, будто за столом сидит Сергей Кужугетович Шойгу — до такой степени полковник смахивал на российского министра обороны. Но мгновением позже Тигриса отпустило — полковник же! А Шойгу — генерал армии. Просто похож…

Лампа светила прямо в лицо сидящему на стуле, поэтому когда добры молодцы припечатали Тигриса к сидению и молча скользнули за спину, видеть что-либо он перестал — оставалось только жмуриться на яркое пятно в центре поля зрения.

— Ну, что, Смирнов Александр Борисович, — заговорил невидимый из-за светодиодного ореола полковник.

Полной уверенности не было, но, похоже, он держал в руках паспорт Тигриса и лениво перелистывал страницы.

— Проживающий в городе Королёве Московской области по улице Кооперативной десять, квартира двадцать три.

Тут полковник сделал мхатовскую паузу и наконец-то задал вопрос:

— Рассказывай, как ты дошел до жизни такой.

Тигрис шмыгнул носом и опасливо уточнил:

— В смысле?

Некоторое время ничего не происходило, потом под нос Тигрису сунули его же ноутбук с открытой страницей браузера на экране.

— Твое объявление?

— Мое… — не стал отпираться Тигрис.

— И кто же ты, голубец, такой? Что приезжаешь из-под Москвы и торгуешь ижевскими кораблями? Секретными, между прочим!

— Да какими кораблями! — Тигрис всплеснул руками.

— Космическими, мать твою! — гаркнул полковник. — Ижевскими!!!

Тигрис несколько секунд непонимающе лупал глазами.

— Я вообще-то мотоцикл продаю, — пискнул он. — «Иж-Планета-Спорт».

— Где ж ты в наше время новый «Спорт» нароешь, а?

— Ну, он не новый, конечно, — потупился Тигрис. — Но сохранился отлично, только пыль стереть. Я его чуть не с лупой осматривал — ни ржавинки! Резина — как из магазина, ездить и ездить.

— Ты мне зубы не заговаривай, Смирнов Александр Борисыч, — хмуро произнес полковник. — Ты колись — где корабль? Откуда он у тебя? Кому продать собирался?

Тигрис решил его не поправлять — нравится военному называть «Ижак» кораблем — пусть называет.

— Мотоцикл в сарае, — торопливо заговорил он. — Дед в наследство оставил. А продать решил, потому что сам ездить не буду, а мне на юристов деньги нужны.

— На каких юристов? — тут же насторожился полковник.

— Нотариуса и риэлтора.

— Какого нотариуса?

Тигрис справедливо решил, что проще рассказать все самого начала, поэтому в ближайшие минут пять достаточно связно поведал и о внезапном наследстве, и о слабо знакомых родственничках, и о натянутых отношениях обоих дедов, и о том, как сам он приехал из Королёва и нашел в сарае мотоцикл.

Один из крепышей мелькнул в поле зрения и передал полковнику какие-то бумаги, скорее всего — документы из папочки Тигриса, с которыми он сегодня таскался в нотариальную контору. Как минимум, они должны были подтвердить основную часть рассказа.

Полковник шуршал бумагами минут пять.

— Вологодская, говоришь, восемьдесят восемь? — наконец осведомился он.

— Именно! — подтвердил Тигрис.

— И «Спорт», говоришь, там?

— Там! В сарайчике! Только ключи у меня ваши люди отобрали.

Позади тотчас звякнуло, все тот же крепыш метнулся к столу и перед полковником легла связка ключей.

— Ну, что, поехали посмотрим на твой… звездолет.

Тигриса немедленно приподняли за локотки.

Назад ехали практически кортежем: полковник возжелал взглянуть на тигрисово наследство лично, поэтому джипов ехало два, а замыкала колонну потрепанная десятка-зубило с мрачными типами при укороченных «Калашах». Тигриса снова прошиб холодный пот. Не думал он, не гадал, что когда-нибудь удостоится такого эскорта.

Пронзив город, как мушкетер кардинальского гвардейца, выскочили на уже знакомую Тигрису улицу Гагарина, а еще через несколько минут и поворотов уже ползли по Вологодской.

Улица была освещена скудно, а дома восемьдесят восьмой и девяностый и вовсе тонули во мраке. Типы из десятки разбежались в охранение, а Тигриса вынули из джипа и доставили к калитке. Полковник уже стоял тут. Старший из крепышей протянул Тигрису ключи.

— Отпирай, — проворчал полковник. — Наследничек…

Тигрис непослушными руками кое-как одолел замок. Сразу двое крепышей услужливо подсвечивали фонариками.

— Сюда, — сказал Тигрис, устремляясь к заветному сараю.

Со вторым замком он справился увереннее, хотя не мог отогнать странное предчувствие: Тигрис боялся, что мотоцикла внутри не окажется. У родственничков наверняка имеются запасные ключи, а вот такие дурацкие совпадения обычно всегда и происходят: если и могла кому-нибудь из местных внуков деда Степана взбрести в голову мысль присвоить «Спорт» или хотя бы покататься напоследок, произойти это могло только сейчас, когда Тигриса взяли за воротник то ли военные, то ли чекисты.

Однако опасения его были напрасны: мотоцикл никуда не делся, стоял себе под брезентом.

— Федя, — велел полковник одному из своих. — Осмотри.

Крепыш-Федя немедленно отодвинул Тигриса в сторону и присел у мотоцикла. Пошарил-пощупал, мельком взглянул на приборы, зачем-то заглянул под сидение (оно, оказывается, откидывалось), повернулся и уверенно заявил:

— Наш. Двести шестьдесят восьмой.

Полковник довольно ухмыльнулся и бросил на Тигриса победный взгляд.

— Ну что, наследник, поздравляю! Если знал, что продаешь, — светит тебе статья.

— Какая статья? — упавшим голосом пробормотал Тигрис.

— Ну, по нынешним временам не расстрельная, конечно. Но леса много успеешь повалить.

Полковник закурил. Один из крепышей вызывал по мобильнику какую-то эвакуационную команду. Тигрис понуро ожидал продолжения.

— Кому, говоришь, принадлежал этот дом? Деду?

— Деду, но не прямому. Очень дальнему. Мой родной дед и он были четвероюродными братьями.

Поковник покачал головой:

— И что же, ближе родни не нашлось? Впрочем, помню, ты рассказывал. Имя деда? Фамилия?

— Раздаев Степан Ипатьевич.

У полковника лицо стало неподвижным, хотя Тигрису сначала показалось, что оно сейчас удивленно вытянется.

— Раздаев?

Полковник быстро переглянулся со старшим из крепышей. Тот пожал плечами, как показалось — виновато, и уверенно произнёс:

— Он на Ленина семнадцать жил, по всем досье. А про этот домик нигде ни полслова.

— Хитер дед… Значит, все-таки они. Набери-ка мне Карташова.

— Товарищ полковник, сейчас третий час ночи…

— Набирай!!!

Крепыш вынул трубку и уверенно настучал номер — не из книжки выбрал, а по циферкам, на память, Тигрис это ясно видел.

Полковник перехватил мобильник и прижал к уху.

— Пал Корнеич? Извини, что поздно, но это важно. Двести шестьдесят восьмой всплыл. Что? Пока только «Планета», но не сомневаюсь, что и всю обвеску скоро нароем. Ты мне вот что скажи: Степан Раздаев… да, судя по всему он. Так вот, мог он самостоятельно изделие смонтировать, если как-то вытащил с территории готовый корпус? Что? Вот так, значит… Ладно, спасибо, извини, что разбудил.

Полковник вернул трубку крепышу. Тот вопросительно ел глазами начальство. С сомнением покосившись на Тигриса, начальство все-таки изрекло:

— Говорит, любой из первого выпуска мог. И Хименко, и Твердохлеб, и Варакин, и Раздаев… Любой из королёвских, в общем.

Крепыш многозначительно кивнул.

— Но как они корпус и обвеску с территории вынули? — недоуменно вопросил полковник. — Ума не приложу.

— Да с нашим бардаком… — вздохнул крепыш Федя. — Мой батя как-то пустые ящики с Ижмаша выписал, с доставкой, на дрова. Ну привезли, ну выгрузили. Батя их уже резать собрался, глядь — а внутри «Калаши». Списанные. Перепутали на складе, говорит.

Полковник понимающе вздохнул и обратился к Тигрису:

— Ладно, наследник, пошли дом осматривать…

Правда, сначала крепыши обшарили сарай, но, кроме мотоцикла (или того, что Тигрис полагал мотоциклом), ничего не нашли. И в соседних сарайчиках не нашли, и в доме тоже. Но потом кто-то предложил заглянуть на чердак.

Тигриса, понятное дело, туда не пустили. Отобрали ключи и шастали везде сами. Едва один из крепышей взобрался по лестнице на чердак, как оттуда донеслось обрадовавшее полковника «Есть!»

Потом понаехало каких-то грузовиков со спецами и оборудованием, включили прожектора, стало светло и людно, как на киностудии. Тигрис потерянно топтался в сторонке. За ним приглядывал один из крепышей. На чердак полезли люди в оранжевых комбинезонах. Почти сразу другие люди в оранжевых комбинезонах выкатили из сарая злополучную «Иж-Планету-Спорт» и вывели за ворота, к грузовикам.

Вскоре полковник и его люди предоставили разбираться с находками спецам, а сами вернулись к месту, где дожидался Тигрис. Его уже никто особо не стеснялся, обсуждали дела, не обращая внимания.

-… ловко придумано, на чердаке он как те списанные «Калаши» в ящиках, хрен кто допрёт. Собрал помаленьку, брезентом прикрыл — чего ему сделается? На дрова не выпишут… — вещал один из крепышей, преданно заглядываю полковнику в глаза.

— Когда Раздаев дом-то купил, выяснили?

— Завтра выясним, ночь же. Заодно и наследничка пробьем.

Все поглядели на Тигриса.

— Ты хоть знаешь, кем твой дед был? Семиюродный или какая там по счету вода на киселе?

Тигрис неопределенно пожал плечами.

— Первый королёвский выпуск! Инженеры экстра-класса, все производство тут на Ижмаше налаживали!

— Королёвский? — Тигрис не очень понял, при чем тут его родимый подмосковный городишко: насколько Тигрис знал, в Москве и окрестностях дед Степан никогда не появлялся.

— Королёв Сергей Павлович! Главный конструктор! Слыхал?

— С… слыхал… — пробормотал Тигрис, медленно шизея.

— Ты кто по профессии вообще? — осведомился полковник деловито. — А то на подписку ты все равно уже попал, хрен теперь просто так отпустят. «Иж-Планету-Спорт» потрогать — это тебе не китайский смартфон смартфонить, это прикосновение к космическому будущему России!

— Компьютеры на фирме собираю… Систему ставлю… В ночную смену.

— А, железячник-эникейщик? — со знанием дела покивал полковник. — Тогда не боись, точно пристроят. Утром придет человек с Ижмаш-прим, заберет тебя. И за наследство свое не дрефь, оформим. Правда, жить все равно будешь на территории, особенно первое время.

Тигрис судорожно кивнул.

«Ну, — подумал он обреченно. — Зато не статья…»

— Осталось двести семидесятого найти, — полковник, видимо размышлял вслух. — Федя, ты ночные объявления уже мониторил?

— Нет пока, товарищ полковник. Найдем, всплывет рано или поздно. Этот же всплыл.

Тут Тигриса словно шайтан потолкнул.

— Товарищ полковник, — сорвалось с языка прежде, чем Тигрис успел его прикусить.

Все с интересом воззрились на него.

— Ну? Говори!

— Вы на это место днем глядели когда-нибудь? Везде особнячки коттеджи, кирпич-шифер-спутниковые антенны. Только эти две избушки на курьих ножках торчат как памятник татаро-монгольскому нашествию.

Полковник выжидательно глядел Тигрису прямо в глаза.

— В общем, на вашем месте я бы и на соседский чердак заглянул.

Полковник и крепыши синхронно повернулись к дому девяносто. Замшелая крыша была освещена прожекторами, а все что ниже тонуло в непроницаемой тени.

— Только ключей оттуда, у меня, сами понимаете, нет.

— Федя! — требовательно скомандовал полковник и двое крепышей тотчас убежали к калитке. А сам он всем корпусом повернулся к Тигрису:

— Ну, железячник, даже не знаю, к добру тебя осенило или к худу. Если к добру и окажется, что ты простой Саня Смирнов, неожиданно получивший наследство и оказавший посильную помощь следствию…

Полковник ненадолго замолчал, а потом на выдохе закончил:

— В общем, орден не обещаю, но медаль, скорее всего, дадут.

— Служу Иж-Планете-Спорт… — пробормотал Тигрис и нашел в себе силы браво откозырять.

Читайте ИА «Удмуртия»:

Наши партнеры

Наверх
Вниз