Ижевск+8 °C
16 сентября 2019 Понедельник
16+

Столетние новости: депутат-самогонщик

  • 2966
  • 0
Сарапул / Удмуртия
Столетние новости: депутат-самогонщик

Информационное агентство «Удмуртия» и Комитет по делам архивов при правительстве Удмуртской Республики продолжают в рамках совместного спецпроекта «Столетние новости» рассказывать о жизни на территории республики через публикации газет 1917 года.

Подробнее о проекте можно прочитать здесь.

С отсканированными копиями газет, из которых взяты заметки и объявления для нашего спецпроекта, вы можете ознакомиться на сайте Комитета по делам архивов республики.

Заметка в газете «Кама» № 66 от 23 марта 1917 года:

бражко.jpg
Фото: Комитет по делам архивов при правительстве Удмуртской Республики © gasur.ru

Газета «Кама» от 23 марта с грустью пишет, что в Сарапульском волостном правлении гласным (по современному, депутатом) земства избрали бывшего старшину Василия Харина – известного и, по всей видимости, крупного продавца браги. При том, что в стране действовал запрет на торговлю алкоголем.

Как уже писали «Столетние новости», царское правительство старалось внедрять «сухой закон» с началом Первой мировой войны в 1914 году. Пришедшее к власти после Февральской революции Временное правительство меру эту отменять не стало и даже старалось усилить антиалкогольные меры. Но часто звучавшее в то время слово «свобода» многие люди стали понимать как «вседозволенность». После революции подпольная торговля алкоголем получила настоящий расцвет. Принимавшиеся властью новые меры не помогали.

28 марта Комитет общественной безопасности Сарапула объявил, что ввиду военного времени «все лица, виновные в варении или спаивании кумышки, бражки и прочих хмельных напитков для продажи, немедленно будут арестованы и высланы из города без права возвращения на все время войны, торговые или иные предприятия, где будут обнаружены изготовление или спаивание, немедленно будут закрыты и опечатаны, а аппараты для выделки и сами напитки уничтожены».

А на собрании Сарапульского комитета приняли решение запретить продажу браги. Виновным в нарушении назначали общественные работы на определенный срок в зависимости от того, какой раз их ловили за продажей браги. Если в первый раз, то 1 неделю, если во второй – 2 недели, если третий – месяц. То же правило распространялось на людей, которых заметили в пьяном виде. Позже городская Дума приняла предложение комитета общественной безопасности высылать из города браговарок и браготорговок. То есть занимались подпольной торговлей алкоголем, в основном, женщины.

Новая власть делала ставку и на общества трезвости, но значимость их после революции снизилась. В частности, «Кама» от 21 марта пишет, что «назначенное на 19 марта комитетом общества трезвости […] чтение не состоялось за отсутствием слушателей». Свобода…

Народ продолжал изготовлять и употреблять алкоголь, переходя не только на брагу и кумышку, но и на непитьевой спирт. Например, завьяловский волостной комиссар отмечал, что в волости кумышку варят почти в каждом доме. О настоящей «кумышечной эпидемии» говорилось, в частности, и в Нылги-Жикьинской волости. Не отставала и столица уезда. Та же газета «Кама» писала, что с вечера 25-го по 28 марта сарапульская городская милиция составила 25 протоколов на бражниц «за варение браги и спаивание населения».

Но, как показывает история, все жесткие антиалкогольные меры потерпели крах, поскольку продавцы и покупатели всегда находили лазейки, которые можно было использовать.

Читайте ИА «Удмуртия»:

Наши партнеры

Наверх
Вниз